— А ВОТ ЕСЛИ Я СКАЖУ, что пора мне в путь-дорогу, — спросил Муравей у Белки, — ты тогда огорчишься?

Они сидели на берегу реки и глядели на другую сторону. Было лето, солнце стояло высоко в небе, река поблескивала.

— Ага, — сказала Белка, — огорчусь. А если я тогда скажу, чтобы ты не уходил, ты рассердишься?

— Ага, — ответил Муравей, — рассержусь. Ну а если я тогда скажу, что все-таки ухожу, и что ты меня не сможешь удержать, ты тогда сильно огорчишься?

— Ага, — сказала Белка, — сильно огорчусь. — Она откинулась на спину и крепко зажмурилась. — Но если я тогда что-нибудь выдумаю, — продолжала она, — из-за чего тебе не захочется уходить, ты тогда здорово рассердишься?

— А чего ты придумаешь? — заинтересовался Муравей.

— Ну, это… — смешалась Белка. — Я придумаю, как только ты скажешь…

— А я сейчас хочу знать! — заорал Муравей.

— Но я еще ничего не придумала, — сказала Белка.

— Ну тогда я пошел, — сказал Муравей.

Белка огорчилась и сказала:

— Нет. Не уходи.

Муравей рассердился и сказал:

— Нет, я пошел. — И сделал шаг.

Белка промолчала и откинулась на спину.

Долгое время ничего не происходило.

— Ну? — спросил Муравей наконец. — Что ты теперь выдумаешь?

Но Белка покачала головой.

— Ты же еще не ушел, — сказала она.

— Но я на самом деле ухожу, слышишь? — объявил Муравей и сделал вид, что уходит. Через каждые два шага он оборачивался и спрашивал:

— Ну? Придумала, нет?

Но Белка всякий раз мотала головой.

Все это ей казалось очень сложным. Она боялась, что Муравей вдруг и в самом деле уйдет, и зайдет так далеко, что уж больше не вернется. Но она ничего не сказала.

Муравей уходил все дальше и делался все меньше. До Белки все еще долетали обрывки его слов: «Что-то придум… уж… Бел…»

В конце концов он совершенно скрылся из глаз.

«Теперь он в самом деле ушел, — думала она. — Теперь он в самом деле совершенно ушел». В глазах у нее что-то покалывало. «Слезы», — подумала она.

Но внезапно на горизонте возникло пыльное облако. Это к ней на всех парах несся Муравей.

Через несколько мгновений он стоял перед ней.

— Ну уж теперь ты должна мне сказать, — задыхаясь, выпалил он, уставился на Белку пронизывающим взглядом и погрозил пальцем прямо у нее перед носом. Пыльное облако медленно оседало на землю.

«Вот теперь придется мне сказать», — подумала Белка и что-то наконец придумала.

 

Тоон Теллеген «Все равно тебя не брошу»